«Здравствуйте, дорогие избиратели! Я знаю, что мы, политики, вам надоели, но, тем не менее, вы скорее всего придете на выборы. Потому что, хоть мы вам и надоели, вы все равно еженедельно смотрите эти ток-шоу.

Кстати, это еще и ваш гражданский долг, кто не помнит. И от того, придете вы или нет, зависит будущее вашей страны. И ваших детей и внуков».

Господи, в это еще кто-то верит? Вы же говорили, что мы работаем на разумное население. Может, уберем хотя бы «детей и внуков»?

«Я знаю, что вы разочарованы. Одни из вас разочарованы действующей властью, которая не принесла благоденствия на восток. Другие разочарованы предыдущей властью, которая не принесла его же на запад. Вы вообще разочарованы в политиках. Скажу так — я тоже разочарован ими и собой в их числе.

Да, мы не можем договориться, поскольку у каждого из нас нездоровые амбиции…»

Стоп. Может, «нездоровые» уберем? Оставим просто «амбиции»… есть же и здоровые амбиции…

«Мы многое обещаем и мало что делаем. Мы покупаем голоса и их продают, потому что понимают: гречка — это единственное, что от нас можно ожидать. И люди берут гречку, а потом голосуют из чувства благодарности.

Мы воруем. Я хотел бы подчеркнуть, что воруют все. Причем чем богаче ваш избранник, тем он ворует больше. Вы-то думаете, что лучше избрать богатого, потому что у него уже все есть, и он, в конце концов, хочет сделать что-то хорошее людям.

Так вот: он не понимает, что такое «все есть». Даже Абрамович понимает, что у него есть далеко не все. Поэтому из бюджета крадут все. Если кто-то считает, что не ворует, это значит, что объем украденного просто мал по сравнению с уже имеющимся капиталом, и он его не замечает.

Мы стремимся стать депутатами, чтобы не попасть в тюрьму. Правда, если не сядем мы, должны будут сесть наши родители и дети. А сажают нас и потому, что украли раньше, и затем, чтобы не мешали украсть другим в будущем».

Это не очень сложно? А то я сам не всегда понимаю, почему один сидит, а другой нет… Слушайте, тут так много про нас, что народ может вырубить телевизор. Да, я понимаю, что многие так думают... А может, наивных осталось больше, чем мы думаем? А почему мы их отрезаем? Да, я понимаю «базовый электорат». Ну если он такой умный и ни во что не верит, так ему же нужен анализ — почему так происходит? Нет, я не могу сказать «место гнилое». А свет в окошке? А надежда? В конце? Ладно, пошли дальше.

«Поэтому сегодня от имени всех я хочу извиниться перед вами. Извините нас».

Стоп. Слушайте, ну тут я прямо как Ельцин. «Я устал, я ухожу…» Девяностыми попахивает, вам не кажется? Нет, я понимаю, искренность там всякая. Шок, это я тоже понимаю. Да, народ уже 12 лет такого не слышал. Вам кажется, что сработает? А как я слезы выдавлю? Лук? Давайте, только не сейчас, мне еще на встречи ехать. Сглотнуть комок в горле я сейчас могу. Вот, сглотнул. Нормально видно? Так, что у нас дальше?..

«Я не хочу и не буду вам больше врать. И понимая, что вы в конце концов будете выбирать, кто вам менее всего противен, предлагаю голосовать за нас. За нашу партию Меньшего Зла!

Что такое Меньшее Зло? Это значит, что наши представители официально заявляют, что в случае избрания будут красть меньше других. По сравнению с действующей властью — значительно меньше!

Они будут красть ровно столько, чтобы перед семьями было не стыдно, чтобы дети могли учиться в хороших университетах в Англии, жены ездить на шопинг в Милан, а мы сами иметь дома и яхты.

Но я вам обещаю — этим университетом не будет Кембридж или Оксфорд! Наши дети будут учиться в Лидсе и Ноттингеме!

Наши жены будут ездить в Милан только два раза в год и только на распродажи!

Наши дома не будут превышать 500 квадратных метров, а яхты — не длиннее 20 метров! Мы честно заявляем: мы не беспредельные воры! Мы знаем меру! Нашим депутатам будет запрещено появляться в казино Монте-Карло. Никто из нас никогда не появится в Куршавеле».

Стоп. Не надо «никогда». Скажем: «во время действия депутатского мандата». Поехали.

«Мы утверждаем: все остальные будут красть больше нас! При этом — и я хочу особо на этом акцентировать ваше внимание, — мы обязуемся не красть с убытков. То есть, если наш представитель принес в бюджет пять гривен, он украдет две. Мы не будем обирать пенсионеров и инвалидов. Наша рука поднимется только на здорового и работящего, который еще себе заработает или украдет.

Во время избирательной кампании мы не собираемся вас подкупать, как делают наши коллеги. Вы не получите от нас килограмма гречки, четырех банок консервов и двух банок томатной пасты. Вы получите полкило гречки, две банки консервов и одну банку пасты.

Мы понимаем: многие берут гречку, а голосуют, как хотят. Поэтому на каждом нашем подарке будет написано: «Не обязательно за нас голосовать. Это подарок».

Стоп. Послушайте, честность честностью, но мы же отшибаем особо совестливых, которые могли бы голоснуть чисто из чувства благодарности. Я понимаю, что совестливые — наивные, и это не наш электорат. Может, тогда вообще ничего не раздавать? Ну да, хоть меньшее, но все-таки зло… ладно, не будем слишком радикальными, как скажете.

«Мы считаем, что пенсии надо повысить, но символически. Но мы их действительно повысим в отличие от тех, кто говорит о 20% и обманет.

Мы не задушим всех частных предпринимателей, а только самых слабых и беззащитных. Таким образом, пройдет естественный отбор, и наша экономика станет более эффективной.

Мы не дадим украсть землю. Всю. Украдут не больше трети, а вся остальная будет служить народу до тех пор, пока мы будем у власти. Если мы из нее уйдем, украдут всю оставшуюся.

Мы будем бороться с коррупцией в судах, и хоть не поборем ее всю, но существенно ограничим. Мы введем декларирование расходов судей, и у них будет право на расходы, не большие, чем у наших депутатов. Это касается и университетов, и Милана, и домов, и яхт.

Наша внешняя политика будет сбалансированной. Мы будем приторговывать национальными интересами, но ни в коем случае не оптом, а только в розницу. Потому что в розницу, как вы понимаете, будет дороже. Мы сдадим часть наших рынков сбыта, но оставим главные. Газотранс-портную систему мы тоже сдадим, но не всю, а половину. В смысле, каждый первый километр — «Газпрому», а каждый второй останется у нас.

Мы требуем выпустить из тюрем политзаключенных! Ну, пусть не всех, но половину точно надо выпустить. Тем, кого действующая власть освободить не захочет, надо существенно улучшить условия заключения. И обязательно включить им Интернет!

Мы обещаем расширить свободу средств массовой информации. Цензорам будет запрещено снимать материалы с эфира и запрещать публикации. Они смогут только вносить изменения в творчество свободных журналистов, и то не больше двух изменений в каждом материале!

Платить журналистам в течение кампании мы тоже будем значительно меньше других, но мы намерены расплатиться со всеми до вечера предвыборной пятницы!

Дорогие избиратели! Мы обращаемся к вам, самым образованным, начитанным и поэтому мало кому доверяющим! Мы — такие же, как вы! Вся наша программа — чистая правда. Мы не врем. Во всяком случае, не врем так бессовестно, как это делают наши конкуренты! Поверьте, нам иногда бывает стыдно, что нас также выгодно отличает от остальных коллег.

Мы можем! Но не все и не всегда. Голосуйте за нас, потому что в наше время Меньшее Зло — это и есть Добро!»

Ну как? Не слишком пафосно? А может, добавим что-нибудь про «кровь, пот и слезы»? Они же образованные, про Черчилля слышали. Ну, например, все это будем проливать за вас… Да, согласен, слезы, это лишнее, могут быть ассоциации с крокодилом…

Знаете, мне кажется, что все это как-то слишком цинично. Может, я отстал от жизни, но, мне кажется, надежды и света в конце туннеля недостаточно. Да понимаю я, что свет в конце туннеля видит умирающий… Сколько, говорите, просмотров мы наберем в YouTube? И как их из YouTube выманить на участки? Они же к компам приросли…

Кстати, если вы уже про умных говорите, давайте в наборы к гречке добавим флэшку. Осовременим. «Гречка, тушенка и флэшка». Я знаю, где их в Китае на вес продают. А? Гениально, говорите?.. Часть вашего гонорара — мне. Шучу.